— У вас есть возражения против того, чтобы принять наши требования?

— Со стрелковым оружием нет никаких трудностей. Я счастлив, что могу предложить вам пятьсот штук «АК-47» китайского производства; это штурмовые винтовки русской конструкции, на сегодняшний день лучшие в мире. Широко использовались вьетконговцами во Вьетнаме.

— Это нам известно, — нетерпеливо перебила она. — А как насчет остального?

— Гранаты тоже не проблема; кроме того, мы можем предложить вам еще широкий выбор автоматов. Ранние модели «томпсон» производят много шума, и я особо рекомендую вам израильские «узи». Необыкновенно эффективное оружие. Превосходная штука, правда, Саймон?

— Да, действительно, вещь что надо, — с готовностью подтвердил я. — Они безопасны потому, что перестают стрелять, когда их роняют, поэтому мы особенно предпочитали это оружие, когда имели дело с крестьянами. Они ведь обычно так неловки.

Она даже не дала себе труда посмотреть на меня.

— А бронебойное оружие? Мы же его специально заказывали.

— Боюсь, что это будет труднее, — ответил Мейер.

— Но оно нам нужно. — Она сжала кулак и так ударила себя по коленке, что побелели костяшки пальцев. — Оно очень важно, если мы хотим выиграть битву на улицах. — Бензиновые бомбы очень хорошо смотрятся по цветному телевидению, мистер Мейер, но редко дают больше, чем обгоревшая краска на бортах броневиков «сарацин».

Мейер тяжело вздохнул:

— Я могу поставить от восьмидесяти до ста двадцати противотанковых двадцатимиллиметровых полуавтоматических пушек «лахти». Это финское оружие. Насколько мне известно, никогда не применялось западными странами.

— А они эффективны? Будет от них толк?

— Спросите майора. Он — эксперт в таких вопросах.

Она повернулась ко мне, и я пожал плечами:

— Всякое оружие хорошо настолько, насколько опытны люди, которые им пользуются. Интересно, что кто-то в Нью-Йорке в 1965 году проник в банк с помощью «лахти». Они пробили дыру в двадцатидюймовой стене из стали и бетона. Одна очередь в нужное место вскроет этот «сарацин», как консервную банку.